Евгений Филимонов Время льда и огня Книга взята с http://post-apocalypse.org.ru «Время льда и огня»: Издательство «Крылов»; СПб.; 2006 ISBN 5-9717-0166-5 Аннотация После того как остановилась Земля, на одной ее половине царит полярная ночь, а другую опаляют убийственные лучи Солнца. «Южане» создали под толщей раскаленного песка подземные города. «Северяне» владеют ледниками – мировым запасом питьевой воды. Узкий Терминатор, где условия жизни наиболее близки к прежним, обеспечивает продовольствием себя и соседей. Скрытое соперничество между этими цивилизациями может в любой момент перерасти в войну. А еще есть «Галакси», огромный обитаемый искусственный спутник. О нем успели забыть, но он имеет свои виды на будущее Земли. Золотой век человечества навсегда останется в прошлом, если только не произойдет чудо. Закрутится ли вновь планета – зависит от одного человека, агента Рассветной зоны. Евгений ФИЛИМИНОВ ВРЕМЯ ЛЬДА И ОГНЯ 1 Мое свидание с подружкой Зи в шалаше у силосных ям было в самом разгаре, когда я вдруг расслышал знакомый посвист. Я слегка нагнул ветку орешника и окинул взглядом открывшееся пространство. Действительно, возле недалеких соседских скирд, за пышными зарослями чертополоха виднелась знакомая всей округе линялая армейская кепка, а приглядевшись, можно было заметить сквозь сетку лиловых соцветий массивный круп буланого, на коем Полковник и восседал. Даже отсюда было видно, что он не особо склонен изображать досужего всадника и деликатного хранителя чужого покоя, он просто приехал за мной. Донеслось басовитое «Петр, эгей!…» Буланый вертелся на пятачке у скирд, мощно, со свистом взмахивая хвостом. Что ж, ничего не поделаешь… Я повернулся к подружке Зи: – Ну, видишь, как все неудачно складывается! За мной приехали… Но Зи уже и так одевалась, натягивая одежду со свирепым треском. Зи была атлетическая блондинка, ей это шло, и она это знала. Все сыновья окрестных фермеров сходили с ума по этой самой Зи. Добиться ее мне стоило немалых усилий и трат, зато теперь наша любовь была в расцвете. – Зи, я ненадолго. Через час я уже буду здесь. Святая ложь! Полковник никогда бы не стал вылавливать меня в любовном гнездышке ради какого-то часа. Он свято блюл невмешательство в частную жизнь. Пока я стоял в растерянности посреди нашего укромного шалаша (а уж мне-то казалось – как замаскирован!), Зи натянула куртку и холодно бросила мне, выходя: – Зато меня не будет здесь! Меня тоже могут вызвать! Уж это совершенно точно. Все недоросли нашего деревенского края готовы в любой момент вызвать мою крепенькую кралю и продержать ее по своим надобностям хоть до самого сочельника. – Зи, постой!… Но Зи уже взбежала на отвал старой силосной ямы и помахала мне оттуда – не с обычной своей лучезарной улыбкой, а походя и наскоро – так обычно исполняют формальность. Я понял, что ее долго еще придется ублажать, пока она сможет забыть это неудачное свидание. А может, и недолго. Я наскоро отряхнулся, чтобы не предстать перед полковником уж и вовсе сельским волокитой с соломой в кудрях, и выбрался наружу. Полковник гарцевал уже совсем рядом, видать, заметил, что Зи ушла и церемонии ни к чему. – Петр, ты уж извини… Всегда в таких случаях чувствуешь неловкость. – …но тут такой казус… Садись вот на Малыша, я с собой захватил, расскажу по дороге. Прости, что помешал, девушка она видная, что говорить… Без иронии, и то хорошо. А Малыша, меринка нашего, он и в самом деле пригнал, вон пасется стреноженный за скирдами. Я надеялся, что старикан пребывал здесь все-таки не настолько долго, чтобы отметить некоторые особенности нашей с Зи интимной жизни. Я распутал Малого и вскочил в седло. Мы поехали рядом, но не на полигон, как обычно, а домой. Странно, в полдень, в разгар работы на поле… Я искоса оглядел Полковника и заметил легкий тик века – а уж это был признак несомненный! – Что произошло, господин полковник? Порой и мне выпадает подтрунить над ветераном, иногда с рук сходит. На этот раз Полковник не обратил внимания на мою издевательскую официальность. Он невозмутимо трусил рядом со мной, лишь жилка на веке подрагивала, билась. Затем заговорил, будто очнувшись: – Ты помнишь запрос, что прислали тете Эмме с той стороны? – А как же! Но ведь это было давно, чуть не с месяц назад. Что-то еще пришло? – Они сами приехали. Двое таких, ну да увидишь. – Интервьюеры? – Говорят, да. Профессионалы… – Они что, с ней сейчас? – Да. Когда я за тобой отправлялся, разговор был в самом начале. Обычные банальные вопросы приезжих: страна вечного заката, воздух после дождя, листва – словом, шаблон. – Ну и что тут такого? Вы что, забыли, как в прошлом году несколько таких бывало? Тетя Эмма – живой реликт, что тут удивительного. Мы звонко процокали по бетонному мостику на границе владений Исаака Огастуса. После недавних дождей ручей бежал резво, искрился, а небеса, согнав хмарь, сияли обычной опаловой пустотой. Жаль, что обиделась подружка Зи… – Эти не из таких, поверь мне. Это народ хваткий… – Южане вообще во все времена были хваткий народ. А это тем паче репортеры. Они кому угодно руки-ноги оторвут, а своего добьются. – Ну, дай бог, чтобы так. Но чует мое сердце, что эти люди – моего ведения. Тут уж ничего не поделаешь. Заскок Полковника, человека в целом хладнокровного, состоит именно в этакой эпизодической подозрительности: ему кажется, что среди мирных поселян нашего края там и сям внедряются и сеют зло чужие агенты, в прошлом его прямые враги – ведь когда-то Полковник возглавлял разветвленную и мобильную секцию по борьбе с ними. И вот теперь опять такой случай. Из-за стариковской мании пропала встреча с красоткой Зи… Бодрой рысью взметнулись мы на наш холм, и в который уже раз оценил я приглушенную прелесть нашей усадьбы, разноцветные квадры полей, разметавшихся под низким солнцем, дальние купы дерев, словно подернутых закатной пыльцой. Но взгляд Полковника был неотступно прикован к лендроверу, припаркованному под вязами у нашего амбара. – Да, но я-то здесь для чего? Я-то ведь никакая не знаменитость из той поры! И тут Полковник выдал такое, что окончательно убедило меня – прогрессирует наш ветеран и его мания охватывает все новых и новых людей. В том числе и меня, ибо вот что изрек Полковник: – Они приехали за тобой, сынок, поверь мне! * * * На террасе и в самом деле уже возились двое южан: один, костистый парень с бородкой, заведовал освещением, второй, плотный и низенький в красной безрукавке, манипулировал микрофоном прямо перед очками нашей старушки. Очки эти почти закрывали крохотное, сморщенное личико тетушки Эммы, которая и в свои семьдесят шесть никак не хотела выглядеть дряхлой. И – тем более – перед телекамерой! Сама тетушка Эмма припасла для беседы все то, что обычно позволяло ей делать необходимые паузы, обороняясь от напористых интервьюеров: компактная кучка слайдов и кассет высилась на столике возле монитора. Тетушка Эмма как раз давала пояснения к слайду, где доктор Бюлов, улыбающийся и еще вполне молодой, стоял у входа в свою австралийскую лабораторию («Именно ту!»-закивали южане), окруженный десятком ассистентов и ассистенток, залитый солнцем и сам как бы излучающий энергию; блистательный Бюлов, тот самый, которого впоследствии проклинали на стольких языках, которого отлучали от всех церквей, благодаря которому мы теперь так жили… А она его знала, более того – была любовницей… Но теперь отрицала, что крайняя девчушка в шортах – именно она. Да, собственно, какая сейчас разница! – А каким доктор был в обыденной жизни? – подбирался с другого конца толстяк, тогда как бородатый нависал над старушкой с телекамерой, клоня штангу осветителя вправо-влево (на мой взгляд, довольно неловко). – О, это был водопад обаяния! – быстро и разборчиво произнесла тетушка Эмма. – В те годы, где бы он ни появился, тут же возникал кружок озорников! Понимаете, он их всех заряжал… – Всех зарядил, как же! – буркнул мрачный осветитель. Мы с Полковником сидели в креслах, не вмешиваясь в беседу. Толстяк гнул свое: – И вы тогда жили вместе? Тетушка Эмма слегка насупилась. – Вам, молодые люди, вряд ли будет доступна сущность жизни эпохи начала века… Ну да ладно, это долгий и посторонний разговор… А вот то, что мы все жили вместе – вся лаборатория! – это верно. Но не в том смысле, как вы понимаете. Просто это была семья – другого слова не подберу. – И чем же вы занимались тогда? – О, это было совсем далеко от глобальных проблем! Роберт… простите, доктор Бюлов тогда вовсю увлечен был идеей так называемой многооборотной стабильности – это название просторечное, пущенное в ход вашей братией, журналистами. Настоящий термин для вас слишком сложен и труднопроизносим. – Ай да тетушка Эмма! Еще может при случае… Полковник расстегнул френч и повернул кресло вполоборота к лужайке – возможно, чтобы не упустить из поля зрения лендровер, вещь вообще-то редкую в наших краях, а может, просто из-за солнца, светившего прямо в глаза. В давние времена, до Великого Стопа, была вроде традиция устраивать террасы на западной стороне дома, чтобы погожим вечерком семейство лицезрело закат. И мог ли Полковник, консерватор по сути своей, распорядиться иначе, возводя свой особняк? Хотя закатов не случалось вот уже почти полвека: солнышко стоит, словно привязанное, прямо над ветряком, и плотные облачка все бегут мимо вереницами, время от времени закрывая солнечные лучи. Интервью все длилось: – …но тогда он уже целиком подошел к разрешению этой своей главной проблемы, он, так сказать, уяснил для себя, что, воздействуя на неизмеримо малое, можно получить грандиозный выход, результат в макромире! – То есть он предвидел что-то подобное? – Ну, не совсем так… Это был один из вариантов раскладки, скорей даже маловероятный побочный выброс, причем регулируемый. Обратимый процесс, проще говоря. Не его вина, что так получилось… – Не его? А чья ж? – вполголоса буркнул бородатый, обращаясь исключительно к нам. – Хорошее дело – перевернул весь мир, и ни при чем! Теперь он занялся отражательным экраном, хотя, на мой взгляд, терраса и так была освещена превосходно. Для второго репортера мы будто и не существовали. Он все допытывался: – Ну, это все знают, это общеизвестные факты. Но вот когда до него дошло, что процесс разладился, что-то не так, – неужели доктор не отреагировал? Ведь он-то понимал лучше всех. Тетушка Эмма подняла очки на лоб. – Меня удивляет ваша неосведомленность. Вообще ваше поколение страшно невежественно. Ведь каждый знает, что на зарю века пришелся пик терроризма. Прямо-таки девятый вал. У нас это знает любой фермерский ребенок, неужели у вас, в метрополии… Впрочем, ладно. На азбучные вопросы даю азбучные ответы: группа Бюлова была захвачена террористами и блокирована в городке неподалеку. А эксперимент шел в заданном режиме, хотя лаборатория контролировалась этой шпаной! И нужный момент контроля оказался пропущен. Вы читали фрагмент этой книги на http://post-apocalypse.org.ru заходите еще :)