Юрий Бурносов Новая Сибирь Книга взята с http://post-apocalypse.ru Аннотация Антон Кочкарев — клоун, бывший театральный актер, подрабатывающий на корпоративах. Фрэнсис «Принц» Мбеле — футболист с мировым именем, форвард ФК «Сибирь». Лариса Реденс — сержант полиции... Что могло связать этих совершенно разных людей? Они проснулись в новосибирском Академгородке, и им сразу же пришлось бороться за свою жизнь. Им придется выбраться из храма науки, превратившегося в место разборок одичавших банд. Им придется пережить зиму в тайге, наладить быт, освоить навыки рыбалки и охоты, а Ларисе даже родить и выходить ребенка. И вот, когда, казалось бы, жизнь наладилась, крошечное благополучие рушится, сметенное новым, жестоким порядком. Со стороны города идут заготовительные отряды, а среди небольших поселений начинается междоусобица. Новая Сибирь наступает семимильными шагами, сминает все на своем пути, вскрывает человеческую натуру, оставляет равные шансы и на подвиг, и на предательство. Выбирать — людям. Юрий Бурносов Новая Сибирь Посвящается Касе (кэпу «Шквала-7») Причина гибели цивилизаций — не убийство, а самоубийство. Арнольд Тойнби ...и лешие будут перекликаться один с другим... Книга пророка Исаии (34:14) Глава первая Лучшие свойства нашей природы, подобные нежному пушку на плодах, можно сохранить только самым бережным обращением. А мы отнюдь не бережны ни друг к другу, ни к самим себе. Генри Дэвид Торо «Уолден, или Жизнь в лесу» Правее по курсу на воде покачивался труп. Почти голый мужчина, толстый, плавающий лицом вверх, раскинув руки и ноги наподобие морской звезды. Антон поморщился. Так получилось, что за все свои двадцать восемь лет он никогда не видел близко покойника. Из родных никто не умирал, а если и умирал, то в каких-то далеких городах и столь же далекие родственники. Тот случай, когда неприезд на похороны всем понятен. Зато в последние три дня Антон насмотрелся на трупы в самых разных видах. И на истлевшие остовы, скалящиеся из руин и автомобильных окошек. И на только что убитых людей, истекающих кровью и дергающихся, скуля, в предсмертных конвульсиях. И на такие вот тела в начальной стадии разложения... — А вон рыба, — задумчиво произнес сидевший на корме негр, глядя в зелено- голубую воду Обского моря. — Это лещ, — сказал Антон, отворачиваясь от покойника и энергично орудуя веслом. Весло было хорошее, из алюминия, с пластиковой лопастью. Он подобрал его у эллинга, разглядев под обломками разрушившегося строения. Рядом валялся хороший планшетник в пластиковом чехле, выглядевший почти как новенький, только грязный. Разумеется, он не работал. А вот весло — работает. — Лещ, — повторил негр. — В прошлом году... тьфу ты... короче, говорили, что нельзя их есть. Вроде как у них описторхоз. — А что такое описторхоз? Негр говорил по-русски с легким забавным акцентом, словно инопланетяне в дублированной версии «Звездных войн». «Рьиба», «опьисторхоз». — Глист. Живет в такой вот рыбе, а если ее съесть, поражает печень и поджелудочную железу, — мрачно ответила за Антона Лариса. Она тоже гребла, но не веслом, а длинной узкой доской. Антон подумал было, что нужно бы поменяться с девушкой, но не стал. Уж больно удобное было весло. Да и остров Тайвань понемногу приближался. — Я не знаю, может, с тех пор уже и нет никакого описторхоза. А если и есть, все равно нам придется их есть. — Стихи, — улыбнулся негр. — Вот такие вот стихи... Жарить и варить подольше, наверное, надо. Обское море изрядно обмелело — наверное, где-то подтекала плотина Новосибирской ГЭС. Построили ее в конце пятидесятых, потом ремонтировали, конечно, латали, но с тех-то пор черт знает сколько времени прошло без ухода... Антон посмотрел в сторону береговой полосы, где из-за верхушек сосен проглядывали корпуса домов Шлюза. Наверное, кто-то сейчас за ними оттуда наблюдает. Те счастливчики, кто успел разжиться годными биноклями или телескопами... А может, и никто не наблюдает вовсе. У людей другие заботы: найти жратву, одежду, оружие, а не пялиться на идиотов, которые зачем-то плывут к острову Тайвань на самодельном плоту. Прямо «Приключения Гекльберри Финна», мать его. Гек и негр Джим плывут по Миссисипи. Они же вроде по Миссисипи плыли? — Давайте я помогу, — сказал негр, вставая с корточек и протягивая руку к Ларисе. Плотик опасно закачался, Антон крикнул: — Да сиди ты уже! Негр пожал плечами и поплотнее укутался в кусок пластиковой накидки. Налетавший порывами ветерок был ощутимо холодноват. — Только не нужно кричать, — дружелюбным тоном попросил он. — К тому же я физически подготовлен куда лучше вас. Я же спортсмен, футболист. — Ёлки... — Антон едва не упустил весло, потому что до него дошло, кто такой этот негр. — А я-то смотрю... «Принц» Мбеле? Нападающий «Сибири»? Из Камеруна?! — Вы болельщик? — осклабился камерунец. — С детства! Слушай, а я и не думал никогда, что вот так вот... Нет, это надо же! — продолжал удивляться Антон. — На одном плоту... — Нас сносит, — все так же мрачно заметила девушка. — Греби давай. Действительно, плотик, собранный из остова легкой яхты-катамарана и дощатых разъезжающихся щитов, дрейфовал вправо. Идея использовать катамаран принадлежала Антону — когда-то он провел незабываемые выходные в обществе бойкой девушки-серфингистки. Она затащила его в яхт-клуб, познакомила с ребятами, которые в то время ходили на катамаране класса «Торнадо». Одного из них, которого все звали «Кэп», Антон очень хорошо запомнил. Загорелый до черноты, Кэп был молчаливым и медлительным с виду. Симпатичные девчонки, которые заглядывали в яхт-клуб с пляжа, весело здоровались с яхтсменами и просили Кэпа не забыть про них, когда он спустит судно на воду. Кэп только улыбался и продолжал что-то прикручивать и подкрашивать. Антон прочитал на белоснежной лапе катамарана название «Шквал-7» и с любопытством спросил — не страшно с таким-то названием? Кэп усмехнулся и неожиданно рассказал, что «Шквал» уже вторую жизнь проживает, они с друзьями в яхт-клубе выцыганили старый заброшенный остов катамарана и своими силами восстановили его. Мачту заказывали черт-те где, а паруса вообще купили у какого-то голландского яхтсмена. Пришлось одному товарищу, который в Голландии по контракту работал, тащить багажом эти паруса аж до Новосибирска. А как только отправились в первую дальнюю ходку, до Завьялово, так сразу боевое крещение прошли. Туда-то шли ровно, правда попали в полный штиль, часа два вообще толкали вручную, благо там мель, но на дне — как раз деревня затопленная, чуть ноги не поломали. А вот обратно пришлось идти в шторм. Порвали и тент, натянутый между лапами, и стаксель, но дошли. После этих рассказов Антон другими глазами посмотрел на «Шквал» и на Кэпа. С виду катамаран не производил впечатления серьезного судна, но Антон накрепко запомнил, что устройство катамарана предполагает его непотопляемость, а материалы, из которого он сделан — дюралевые балки и лапы-корпуса из стеклопластика, — практически не поддаются износу. Антон еще раз убедился в этом, когда они нашли остов «Шквала». Конечно, краска за годы с него слезла, но сама конструкция выглядела вполне крепкой... Антон принялся усиленно грести, продолжая спрашивать: — А ты-то как сюда угодил? — В Академгородок? Господин Былинников пригласил на день рождения. Как это говорится — «свадебный генералиссимус», да? — Генерал. — Да-да, точно, генерал. Я не отказался — я люблю, когда весело и много людей. И еще люблю покушать. К тому же я все равно травмирован, растяжение связок, можно было позволить себе немного отдохнуть. Тренер был не против. — Вот и отдохнул. — Мда... — печально покивал Принц, видимо, вспоминая, чем в результате закончилось празднование. — А чего сразу не сказал? — О чем? Что я футболист? А вы не спрашивали. К тому же какая теперь разница? «В самом деле, — подумал Антон, — какая теперь разница...» Футбольного клуба «Сибирь» больше нет, на стадионе «Спартак», небось, трава по колено и деревья растут, трибуны обвалились... Ёлки, а если во время всего этого там был матч? Тысячи людей очнулись в одном месте, истерика... Антон попытался вспомнить календарь сезона: с кем там планировалась очередная встреча в премьер-лиге, с «Зенитом»? Или с лидером, с брянским «Динамо»? Вспомнить не получилось, Антон потряс головой. Лучше не задумываться, на фиг. — Перекур, — сказала Лариса. Положив доску на плот, она поднялась с колен и всмотрелась в приближающийся остров. Течение изменилось, и теперь их помаленьку тащило прямо к Тайваню. От полицейской формы у девушки остались только портупея, на которой болтались кобура с пистолетом, дубинка-демократизатор и наручники в чехле. Пистолет, понятное дело, сдох, а вот с дубинкой ничего случиться и не могло. Одета Лариса была так же, как и Антон с Принцем: в синтетическую камуфляжную куртку и широкие штаны, прихваченные в не до конца разграбленном магазинчике «Рыболов» на Морском проспекте. На ногах — резиновые сапоги. Кроме одежды и обуви, им досталось лишь несколько ржавых рыболовных крючков, леска, три сильно поржавевших — низкокачественная китайская сталь, что поделать, — ножа и чудом найденные в завале нейлоновые рюкзаки и палатка. Магазинчик кто-то качественно раскулачил, забрав все более-менее толковое, в том числе спальные мешки. В продуктовом «Экономе» тоже все было растащено и разбросано. Да и выжило-то продуктов минимальное количество. Это подтверждало мысль о том, что времени прошло очень и очень много. За кассой сидел скелет кассирши в истлевшем белом халате с неуместно ярким в такой обстановке бейджем. Почему умерла — бог ее ведает. Трупов вообще попадалось больше, чем следовало. Оно понятно, в машинах, к примеру, сидели те, кто во время — ну как его назвать? События? — куда-то ехали и элементарно попали в дорожно- транспортное происшествие. Судя по множеству обгорелых руин, в домах бушевали пожары, там тоже кто-то погиб... Решать эти загадки Антон не брался, потому что не видел смысла. Важнее было найти пожрать. В «Экономе» набрали соли, перца, пряностей — с ними, как верно заметила Лариса, можно любую дрянь сожрать. Несколько пачек концентратов, которые каким-то чудом убереглись от грызунов: порошковая картошка, овсяные хлопья, макароны. Окаменевший сахар, чай. Спички — слава аллаху, их оказалось предостаточно, и не все коробки отсырели. Вода в бутылках, хотя воду, как думалось Антону, можно было смело пить из любой речки или лужи — производство и канализация давно не работали, загаживать окружающую среду было нечем. Взяли немного консервов, стараясь выбирать не вздувшиеся банки. Хотя, наверное, отрава, пусть даже большую часть года температуры в Новосибирске низкие. Уцелевшие сигареты, ясное дело. Добыли и спиртного, раскопав среди руин и мусора шесть бутылок водки и две — коньяка. С виду, с ними было все в порядке, что внутри — пока не пробовали. Вы читали фрагмент этой книги на http://post-apocalypse.ru заходите еще :)